Фестиваль на 101-­м километре

17 - верхЛетом 1985 года мы с моими сокурсниками крайне удачно устроились лаборантками на кафедру физики. Не для того, чтобы совершать научные открытия! Это была часть хитрого плана, разработанного старшими товарищами с вузовской кафедры. В нашем лице кафедра приобретала сотрудников, которых можно было спровадить на сельскохозяйственные работы вместо постоянных единиц. Кафедральные доценты и профессора вовсе не горели желанием отправляться в колхоз, они-то как раз хотели выполнять научную работу. У нас тоже имелся интерес. Во-первых, нам обещали платить по 90 рублей в месяц – немалые деньги! А еще стипендия сорок. Во-вторых, летние сельхозработы освобождали нас от осенних, и были не в пример приятнее.

В самом хорошем расположении духа мы отправились спасать урожай. Автобус привез нас в Кашинский район. Работа оказалась не слишком утомительная – ворошить сено. Со стороны – не бей лежачего: ходи себе по полю и вози граблями по сену. Правда, печет солнце, досаждают слепни и хочется пить, но осенью гораздо хуже – трясись на картофельном комбайне, кутаясь в телогрейку, или, того хуже, броди с ведром по полю, собирай корнеплоды.

По вечерам – кино в клубе, купание в ручье, песни под гитару и прочие нехитрые сельские радости. Однажды мы решили расширить свой кругозор. По вечерам в деревню заезжал автобус марки ПАЗ и вез пассажиров в районный город Кашин. Недолго думая, мы сели в автобус и отправились в неизвестность. О том, что это последний рейс, и домой нам не вернуться, мы по молодости лет совершенно не печалились.

В Кашине мы увидели большой кирпичный дом – гостиницу с рестораном на первом этаже. Питание в колхозной столовой к тому времени надоело, решили зайти культурно отужинать. Возле входа курили двое мужчин импозантного вида. «Давайте в ресторан, девушки, – пригласили они нас, – переоденьтесь и приходите».

 Переодеваться нам было решительно не во что, да и негде. Одеты мы были и так в лучшее, что взяли в колхоз. Кашин опять же… Мы полагали, что районный ресторан в будний день будет полупустым и тихим, однако просторный зал оказался просто переполнен публикой. Мы еле нашли себе место за столиком – с теми самыми курившими мужчинами. Столы ломились от закусок и бутылок. Оркестр играл модные итальянские песни. Публика выглядела как-то странно. Многие в супермодных фирменных джинсах и даже в костюмах, дамы в люрексе, тоже модном. Из обуви кроссовки, золотые туфли! Да кто эти люди? Неужели шла гулянка районного слета передовиков животноводства? Соседи по столику просветили нас. «Мы все из Москвы, – скупо обронил один, махнув рукой у себя за спиной, – на время фестиваля».

17-верх 2

Мужчина постеснялся сказать, что он и его товарищи высланы из столицы, но мы все поняли. В нашем колхозе в телятнике работала Аня, тихая немолодая пьяница, высланная из Москвы за тунеядство и неподобающий образ жизни, как тогда говорили, на 101-й километр. Ане в деревне нравилось – лето, природа, бесперебойно работает магазин, пивная на трассе. Она рассказывала, что скоро в Москве начнется фестиваль молодежи и студентов, и из столицы вышлют всех несоветских людей. Несоветские – это алкоголики и тунеядцы, как Аня, фарцовщики, валютчики, проститутки, ранее судимые и прочие неблагонадежные элементы. Высылали их, чтобы они не приставали к иностранным участникам фестиваля, не клянчили валюту, джинсы, значки и жвачку, не навязывали интимные услуги и военные шапки-ушанки, словом, не позорили гордое звание советского человека. Вот с ними мы и встретились. Сосланные жили здесь же, в гостинице, причем явно на широкую ногу. Примечательно, что неблагонадежным элементам не запрещалось радоваться жизни в рамках приличий. Их всего лишь удалили из столицы на время фестиваля.

Вечер прошел великолепно. Оркестр, подпитываемый трешками и пятерками публики, оглушительно лабал модную музыку – зажигательные композиции «Аббы», «Бони М», минорные «медленные» песни «Машины времени» и «Воскресенья», одесский цикл Розенбаума. Соседи щедро подливали коньяк, заказывали колбасную нарезку и шоколад, официантки сбивались с ног, таская бутылки и тарелки с лучшим блюдом местного повара – жесткой отбивной в окружении скупых островков овощей. Танцующие толкались и чуть не падали от изнеможения. Кашинский фестиваль фарцовщиков, валютчиков и дам легкого поведения явно удался.

XII фестиваль молодежи и студентов проходил в Москве с 27 июля по 3 августа 1985 года. Его участниками стали 26 тысяч гостей из 157 стран мира. Все знали, что во время фестиваля въехать в Москву возможно лишь по предъявлению командировочного удостоверения, билета на поезд дальнего следования или по иной уважительной причине. Посетить мероприятия феста (а там было что посмотреть) можно было лишь по направлению обкома ВЛКСМ.

Усталые и довольные, на рассвете мы вернулись в колхозную идиллию, и вместе с коллегами (такими же «лаборантами») вышли на трудовую вахту по спасению урожая.

В следующий раз побывать в кашинском ресторане мне довелось спустя 11 лет, сопровождая губернатора Платова в поездке по востоку области, что тоже было нескучно.

Марина ШАНДАРОВА

 
Статья прочитана 94 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Телефон: (4822) 41-56-53