Дементьев, отец поэта

Дмитрий Никитович Дементьев незадолго до ареста

Дмитрий Никитович Дементьев был очень счастливым человеком. Он прожил большую, наполненную событиями жизнь, выполнив практически в точности все предписанные мужчине заветы: о доме, дереве и сыне. Дом у Дементьевых был замечательный, растений Дмитрий Никитович вырастил целый лес – профессия обязывала. А что до единственного сына, то он-то и был огромной гордостью отца. Андрей Дементьев стал знаменитым и очень успешным поэтом, общественным деятелем, редактором популярнейшего журнала. Из постоянно включенной на кухне в доме Дементьевых радиоточки лились песни, написанные на стихи сына-поэта.

Строить карьеру Андрею Дементьеву не помешала даже анкета. Заполняя ее, приходилось отвечать на разные малоприятные вопросы о родственниках, живущих за границей, о нахождении на оккупированной во время войны врагами территории, а также о родне с криминальным настоящим или прошлым. У начинающего поэта из Калинина  родственники-зэки имелись – дядя, брат отца, а главное, сам отец. Оба они привлекались к суду по политической 58-й статье Уголовного кодекса РСФСР, и по принятой тогда терминологии считались врагами народа.

Что же такого совершил отец любимого миллионами поэта? Дело Дмитрия Никитовича Дементьева мы нашли в одном из тверских архивов, оно не вполне обычное и дает неизвестные прежде сведения о семье Дементьевых.

Арест

Дмитрия Никитовича Дементьева арестовали на четвертый день начала Великой Отечественной войны, когда военнообязанные мужчины Страны Советов собирали вещмешки, прощались с семьями и отправлялись на мобилизационные пункты. Дементьеву воевать не пришлось. Постановление на арест Дементьева было выписано 23 июня 1941 года, ему предшествовала скрытая работа органов – допросы знакомых, коллег, сбор сведений. Продолжалась она несколько недель, о чем можно судить по первому документу – это допрос коллеги Дементьева, датированный 13 февраля. Маховик системы неспешно вращался и, наконец, выдал результат – бланк постановления на арест, заполненный фиолетовыми чернилами. Бланк оброс одобрительными резолюциями начальника управления НКВД по Калининской области Токарева и прокурора, чью фамилию прочитать не удалось. Спустя два дня в недрах НКВД был составлен ордер на арест. В тот же день, 25 июня, по указанному на документе адресу – город Калинин, улица Салтыкова-Щедрина, дом 2, квартира 1 – был произведен арест Дмитрия Никитовича Дементьева, 1901 года рождения, агронома-полевода, женатого, имеющего сына неполных тринадцати лет. Агронома Дементьева подозревали в ведении антисоветской пропаганды и инкриминировали пункт 10 статьи 58 УК РСФСР.

Арестованного поместили во внутреннюю тюрьму управления НКВД. Это здание бывшей мужской гимназии на Советской улице, в наши дни здесь размещается медицинский университет.

Первый допрос Дементьева состоялся, точнее, начался в день его ареста. В деле зафиксировано время его проведения: начало в 23.15, окончание в 1.40. Второй допрос был проведен на следующий день и также был ночным, как и третий, и четвертый.

После четвертого допроса арестованного следователь Кувшинов допросил свидетелей, а пятого июля уже предъявил обвинение. Виновным Дементьев себя не признал, что имело некоторое положительное для него значение в ходе судебного заседания.

Династия парикмахеров

Всякое уголовное дело начинается с заполнения анкеты арестованного. Что же рассказал о себе в первые часы пребывания в тюрьме Дмитрий Дементьев? Биографические сведения таковы:  родился в 1901 году в деревне Старый Погост Калининского района Калининской области в большой семье. Отец Никита Васильевич (род его занятий не указан) умер в 1906 году. Мать Серафима Ильинична, которой в 1941 году было 80 лет, продолжала жить в Старом Погосте, в семье дочери Анны, служащей ларька на станции Чуприяновка. У Дмитрия было два старших брата – Александр и Иван, оба они были парикмахерами. Александр служил в парикмахерской на улице Каляева в Калинине, Иван жил и работал в далеком Ташкенте. В ходе допросов выяснилось, что в семье был еще один брат – Алексей, и тоже парикмахер, в годы нэпа владелец собственной парикмахерской в Твери. Его осудили по той же 58-й статье и он умер вскоре после суда. Допрашиваемый сообщил, что отношения между ними были натянутыми, связи братья не поддерживали.

Три брата парикмахеры, а что же четвертый – агроном? Нет, оказывается, Дмитрий тоже был парикмахером и также имел в Твери собственный салон. На первом допросе подследственный Дементьев так изложил следователю свою трудовую биографию: до 1912 года, то до 11 лет, он жил в деревне и учился в школе. Затем начал осваивать азы ремесла и, как тогда было принято, самым практическим путем, начиная с низов: в 1912 году юноша поступил в ученье к тверскому парикмахеру Рябинову и оставался там до 1917 года. В революционный год Дмитрий Дементьев отправился покорять Москву и два года работал там парикмахером. В 1919 году вернулся в деревню. Возможно, спрос на услуги красоты в смутное время резко понизился. В 1920 году Дмитрия призвали в ряды рабоче-крестьянской Красной Армии. У красноармейцев прически тоже должны быть, хотя и не слишком красивые. Кому-то надо стричь солдата машинкой. Этим человеком стал московский цирюльник Дементьев. Три года воинской службы он являлся парикмахером банно-прачечного хозяйства. Демобилизовавшись, парикмахер вернулся в родные места. К 1923 году в Советской России была объявлена новая экономическая политика, допускавшая элементы частного предпринимательства. Опять стало возможным вести частную торговлю, заниматься мелким ремеслом. Дмитрий Дементьев занялся тем, что он лучше всего умел – открыл парикмахерскую.

Сто лет назад парикмахерское искусство существенно отличалось от современного. Женщины почти не делали стрижек, разве что молодые активистки обрезали косы ради простоты и удобства ухода. В парикмахерскую дамы приходили делать прически на длинные волосы, основой которой являлась завивка. Это был сложный процесс, требующий от мастера виртуозности, особенно если дело касалось горячей завивки щипцами с применением химических средств. При малейшей передержке состава на голове волосы могли просто отвалиться, и тогда прощай репутация мастера! Наверное, Дмитрий Дементьев был отличным мастером и умел угодить своим клиенткам. Он завивал волосы разогретыми паровыми щипцами, укладывал красивыми волнами, закалывал шпильками. Его клиентки выходили преображенными. Все хотели быть красивыми: и дамы из бывших, и ударницы производства, и члены партии, и дворники, и крестьянки, приехавшие в город в поисках лучшей доли.

Но НЭП быстро был свернут, парикмахерская Дементьева, как и другие частные предприятия, национализирована. Впрочем, мастера остались на своих местах, и Дмитрий Никитович получил должность заведующего женским залом.

В деле имеется справка от его бывших коллег:

«Выдана правлением артели парикмахеров. Дементьев Дмитрий Никитыч работал заведующим дамским отделением №1 с 1928 по 1932 год. За время работы проявил себя как хороший производственник и общественник. За перевыполнение производственного плана и общественную работу был премирован правлением три раза».

В 1932 году парикмахер Дементьев по неизвестной нам причине решил круто изменить свою жизнь. Он решил оставить дело, которому посвятил двадцать лет жизни, и, будучи отцом семейства, отправился в Москву получать высшее образование. Дементьев поступил в сельскохозяйственную академию имени Тимирязева и за пять лет приобрел специальность агронома-полевода. Диплом он получил в 1937 году и начал работать на областной опытной станции полеводства. К 1941 году молодой агроном стал заведующим отделом колхозного опытничества, выпустил книгу «Полевые опыты в колхозах» и готовил следующую, посвященную использованию на селе торфа – главного природного богатства Калининской области.

Следствие

Дементьева арестовали по подозрению в ведении антисоветской деятельности. Показания давали его коллеги по опытной станции, с которыми Дмитрий Никитович обменивался мнениями на разные актуальные темы. В частности, полеводы обсуждали указ от 26 июня 1940 года, направленный на укрепление трудовой дисциплины. Согласно июньскому указу, запрещались увольнения по желанию работников, строго, вплоть до судимости, карались опоздания и прогулы. На ночном допросе 2 июля Дементьев передал следователю свое мнение об указе: «… я говорил, что судят формально, без учета условий попадания на работу, что данное положение долго продержаться не может. Я также сказал, что слишком много судят, причем я сам лично нахожусь ежедневно под угрозой тюрьмы, так как проживаю за 10 км от места работы и могу быть осужден совершенно случайно, не имея никакого умысла».

Следователь раз за разом предлагал подследственному рассказать о своих преступлениях в части антисоветской агитации.

Дементьев отвечал так:

«Я антисоветской агитации никогда и негде не проводил. Правда с моей стороны имели  место суждения обывательского порядка. Привожу такой случай: 22 июня 1941 г. примерно в 13 часов я был дома, когда ко мне подошел мой товарищ Горфинкель Давид, от которого я узнал о вторжении Германии на территорию СССР и о бомбежках наших городов. В это же время он мне показал на кооператив, у которого в то время была очередь, на которую я обругался… Кооперативы растаскивают, часть населения паникерствует».

Допрошенные коллеги Дементьева сообщали, что круг обсуждаемых в коллективе тем был гораздо шире. Чертежник К. утверждал, что Дементьев проявлял недовольство не только июньским указом, но и открытием магазинов «Люкс» в Москве, введением платы за обучение в высшей и средней школе, поездкой Молотова в Германию («поехал костюмчик покупать»). Венцом доносов были разнообразные вариации на тему «раньше жизнь была лучше».

Пятого июля 1941 года, через две недели после ареста, следствие по делу Дементьева было закончено, и ему предъявили обвинение.

Виновным подследственный себя не признал. Следствие считало, что он «систематически проводил антисоветскую агитацию среди сотрудников конторы». За такое обвинение можно было получить до 10 лет лагерей.

Суд и лагерь

Дементьева судил областной суд, хотя по 58-й статье, как правило, судили военным трибуналом. Заседание прошло первого августа 1941 года. Редчайший случай – подсудимый был оправдан! Материалы следствия не убедили судей. Однако на свободу Дементьев вышел не скоро. Протест на решение суда подал прокурор. Новое заседание суда состоялось 18 сентября, когда войска вермахта уже топтали калининскую землю, и  в другом составе суда. На этот раз приговор был вынесен «правильный» – пять лет лишения свободы и три года поражения в правах.  

Отбывать срок Дементьева отправили в Восточно-уральском лагере. Первый год был самым тяжелым. Дементьева назначили на общие работы. Выдержать лесоповал при 50-градусном морозе и скудной пище помогла ему деревенская закалка и сильный характер. Он быстро слабел: у Дементьева открылись все болезни каторжанина – авитаминоз, цинга, истощение. Однажды его придавило в лесу деревом, что, как ни странно, спасло. Травмированного зэка освободили от общих работ и перевели в подсобное хозяйство. Вот где пригодились знания агронома!

О своей работе лагерным агрономом Дмитрий Никитович писал в прошении на реабилитацию:

«Своим трудом я старался доказать свою невиновность и в первом же году работы я увеличил урожайность полей более чем вдвое. Меня расконвоировали, и до конца отбытия срока я жил свободно (вне зоны) и это дало мне возможность с каждым годом увеличивать урожайность полей и площадь посевов.

За получение рекордных урожаев, за организацию раскорчевки, добычу торфа на удобрение и прочее я многократно премировался, кроме этого я ежемесячно получал на руки по 200 рублей».

На свободе

Дмитрий Дементьев отбыл срок полностью. В Калинин он вернулся в 1946 году, когда сын оканчивал среднюю школу. Первое время бывший зэк жил в Старом Погосте, но потом его вновь приняли на работу агрономом. Сын поступил в педагогический институт, он уже давно писал стихи, их печатали в газетах. Затем Андрей перевелся в Литературный институт в Москве, закончив, вернулся домой, стал журналистом. В просторном доме Дементьевых часто собирались друзья сына – поэты, артисты, художники, музыканты, журналисты. Дмитрий Никитович и Мария Григорьевна были очень гостеприимны. Это была очень счастливая жизнь. Жаль, что дома Дементьевых давно нет на карте Твери. Он был снесен в 70-е годы.

Андрей Дементьев

Сын к тому времени перебрался в Москву, стал очень известным человеком. Родителям дали квартиру в новостройке на проспекте Чайковского.

Дмитрий Никитович прожил девяносто лет, столько же и его жена Мария Григорьевна, а потом и сын, его не стало год назад. Теперь на карте города есть улица Андрея Дементьева. Она проходит недалеко от того места, где располагалась усадьба Дементьевых.

Марина ШАНДАРОВА

(по материалам Тверского центра документации новейшей истории)

документации новейшей истории)

 
Статья прочитана 106 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Дементьев, отец поэта"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Внимание: все отзывы проходят модерацию.

Последние Твитты

Архивы

Контакты

Наименование – сетевое издание «газета-вся-тверь.рф»

Свидетельство о регистрации средства массовой информации ЭЛ № ФС 77 — 73363 от 24.07.2018 г.

Учредитель – МАУ «ИИЦ «Вся Тверь»

Зарегистрирован Роскомнадзором

Читать нас

Связаться с нами

Телефон редакции: 8-906-555-3726 e-mail редакции: all-tver@yandex.ru