Слава – не главное

18 Сафронов 1Замечательный подарок в виде премьеры спектакля «Третье слово» («Дикарь») получили тверичи с приходом весны. С 6 по 8 марта в Театре Драмы – аншлаги, овации, цветы, вызовы на поклон. Пересказывать содержание спектакля – дело неблагодарное. Да и отнимать у будущего зрителя интригу – тоже. «Третье слово» – романтическая комедия с некоторой интересной сюжетной линией. В общем, лучше (возможно, и не один раз) посмотреть самому. Наш корреспондент встретился с режиссером спектакля Александром Сафроновым для того, чтобы, заглянув за кулисы, узнать о некоторых любопытных деталях, касающихся как самого режиссера, так и его детища.

 – Александр Александрович, каким образом спектакль, который  много лет назад  ставился в театре, вновь появился в репертуаре?

– Художественный руководитель театра предложил мне постановку. Я представил несколько вариантов. Они не подошли. И тут я вспомнил о «Третьем слове».

– Эта пьеса связана с вашим отцом. Видимо, это было одним из посылов? Простите за короткий монолог, но он объяснит мой следующий вопрос. Когда-то в советские годы считалось, что искусство должно что-то нести в массы. Понятно, что речь шла о каких-то возвышенных идеалах. Частенько эти идеалы носили политизированный характер. Однако это не мешало показывать «фигу в кармане» и делать спектакли культовыми. Многие считали, что цензура на пользу искусству не идет. Союз развалился. Исчезла цензура. В результате мы получили «Камеди Клаб» на ТВ и антрепризы в мире театра, которые ничего зрителю не дают, кроме возможности посмеяться. Причем довольно сомнительным смехом. Я к тому, что ваш месседж к отцу был единственной причиной для создания этого спектакля?

– О назначении театра лучше всего сказал Шекспир в «Гамлете». Цель театра во все времена  была и будет: «держать зеркало перед природой, показывать добродетели ее истинное лицо и ее истинное – низости, и каждому веку истории – ее неприкрашенный облик».

Задача режиссера, на мой взгляд, предложить тему для разговора. Театр, конечно, не балаган, не увеселительное заведение. Но в театре может быть смешно. И грустно. Как в реальной жизни. Театр должен разговаривать со зрителем. А вот вынесет ли что-нибудь зритель  или нет… Я только предлагаю тему для беседы.  В «Третьем слове» – о жизни, смерти и любви. Вечная тема! Судя по тому, как публика принимает спектакль, тема востребована.

– Вы думаете, зритель принял ваш посыл?

– Надеюсь, да. Свидетельством тому не только аплодисменты по окончании спектакля, но и тишина во время ключевых и лирических сцен. Например, в тот момент, когда главный герой говорит, что главное – это не слова, а что за ними скрыто. Внимательная тишина зрительного зала – это очень важно.

– Автор пьесы «Третье слово» – иностранец. Антрепризы приезжают с иностранными буффонадами. Репертуарные театры Москвы ставят в сотый раз «Вишневый сад» или «Чайку». За последние лет двадцать не было ни одной громкой премьеры с именем современного драматурга. Последним из могикан был Горин. Вы вообще следите за тем, что происходит в театральном мире? Есть ли современные драматурги, достойные  внимания?

– Конечно, слежу. Три с половиной года назад я поставил спектакль «С тобой» по пьесе Олега Данилова. Сейчас он работает в кино с именитым режиссером Дмитрием Астраханом. Есть хорошие современные драматурги, но их мало. Данилов – комедиограф. Он не претендует на глубинную философию. Говорит простым языком о простых вещах. Но такие пьесы  нужны зрителю. Все отследить невозможно, руку на пульсе театральной жизни страны я не держу, но с новинками сегодня можно ознакомиться в интернете. Много ли из этих авторов останется в истории? Не знаю. Но хорошие драматурги есть. Мне, например, нравится Степан Лобозеров, покойный Владимир Гуркин. Есть еще несколько имен.

lXuSjcOFQ3U

– Гении не так часто рождаются?

– Возможно, сейчас период накопления, и через некоторое время кто-нибудь все-таки «выстрелит». Вампилов ведь тоже возник неожиданно. И стал культовым автором.

– Это ваша девятая постановка в Тверском театре. Были постановки и в других театрах. У вас довольно много работ и в кино. Вы довольны тем, как сложилась ваша актерская и режиссерская судьба?

– Я не пытаюсь оставить след в истории. Для меня важнее доказать себе, что не занял чье-то место. Бывает, человек оканчивает режиссерский факультет в Щукинском училище, но так  и не ставит ни одного спектакля.

– А с вашего курса кто-то выстрелил?

– Нет. Знаменитым режиссером никто не стал. Перед Щукинским училищем я закончил факультет иностранных языков Тверского университета. Знаю, что и там не занял чужого места. Я до сих пор занимаюсь переводами. На полке двадцать семь книг в моих переводах. Не чтива – в основном хорошей литературы. Я всегда стараюсь заниматься только любимым делом. Но желание вселенской славы меня не снедает.

IMG_000114

– После работы переводчиком – в театр. Что послужило причиной для такого крутого поворота?

– Я из театральной семьи. В театре я был все время. Однажды умный московский актер посоветовал: если тебя увлекает еще что-то другое, кроме театра, – попробуй. А потом приходи в театр. Всегда нужно уметь делать что-то еще. Неизвестно, как сложится жизнь. Есть такая грустная шутка: писатель, которого не печатают, может «писать в стол», а актер, которому не дают ролей, может «сыграть в ящик». Меня интересовал английский язык. Корней Чуковский называл литературный перевод высоким искусством и приравнял его к актерскому мастерству. Мой театральный опыт очень пригождается в переводах, а литературный – в работе над пьесами. Сразу после иняза меня взяли в театр во вспомогательный состав, поскольку у меня не было театрального образования. Через год я уже был в основном составе и получил главную роль.

– Отец одобрил ваш театральный выбор?

– Его уже не было в живых. Он умер, когда мне было 14 лет. В театр я пришел в двадцать один год.

– Отцовское «Третье слово» вы помните?

– Да. Мне было 12 лет. Но я хорошо помню тот спектакль.

– Спектакли похожи?

– Нет, абсолютно разные. Тот спектакль пережил отца. В 1966 году, когда отца уже не стало, я рабочим сцены поехал со спектаклем на театральные гастроли. Я ставил оформление отцовского спектакля, вместе с другими монтировщиками кляня художника-постановщика который придумал полный павильон с потолком. Из того спектакля я взял только музыкальную тему – «Аве Мария» Шуберта. Отец очень радовался, что нашел ее. Это цитата и память о нем.

18 Сафронов

– А почему вас не зацепило кино? Или работа в кино была не столь увлекательной, как в театре? Кино – это ведь путь к узнаваемости. Вы меня простите, но мне кажется, вы немного лукавите, когда говорите о том, что не думали о следе в истории. Это ведь слава. А слава это одна из составляющих профессии актера.

– Работа в кино была интересной. Самой известной работой стала роль Энгельса в фильме «Карл Маркс: Молодые годы». Интересным было само общение с такими мэтрами, как Лев Кулиджанов и Вадим Юсов. В фильме целое созвездие великолепных актеров. Такое бесследно не проходит, это – жизненная и творческая школа.

IMG_00052

– Но вы не стали бегать с кастинга на кастинг…

– Я никогда не просил ролей. При этом в советские годы у меня было пятнадцать картин. Просто со смертью советского кинематографа закончилась и моя кинокарьера.

– Перестали звать?

– Предлагали съемки в сериалах, которые мне были совершенно не интересны. Скажем, в «Кадетстве» или «Ранетках».  Но я охотно принял предложение, которое исходило от Сергея Урсуляка на небольшую роль в «Жизни и судьбе». Сегодня такие картины – большая редкость. Раз-другой откажешься, а потом уже и не зовут. Мой роман с кино закончился. Но если говорить о славе, то я ее испытал. Во всяком случае, известность. Перед выходом фильма «Карл Маркс» на экраны, дикторы программы «Время» целую неделю вещали о том, что в роли Фридриха Энгельса снялся советский актер Александр Сафронов. Это был совместный проект с участием иностранных актеров. Во многих городах страны висели огромные плакаты с моей физиономией. Меня узнавали на улицах. Но все это пустяки. Мне важней доказать себе, что я и впрямь могу что-то сделать! Имею право на то, чем я занимаюсь. Кинорежиссер Никита Михалков сказал: «Трагедия многих творческих людей в том, что они думают, будто могут, потому что хотят!» Очень надеюсь, что я не из их числа. Надо не только хотеть, но и мочь. Высшая награда всем усилиям – счастливые глаза коллег на премьере.

Андрей ВАРТИКОВ, фото из архива театра

 
Статья прочитана 816 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Последние Твитты

Архивы

Контакты

Наименование – сетевое издание «газета-вся-тверь.рф»

Свидетельство о регистрации средства массовой информации ЭЛ № ФС 77 — 73363 от 24.07.2018 г.

Учредитель – МАУ «ИИЦ «Вся Тверь»

Зарегистрирован Роскомнадзором

Читать нас

Связаться с нами

Телефон редакции: 8-906-555-3726 e-mail редакции: all-tver@yandex.ru