Закон нужно соблюдать всегда!

IMG_0235Сегодня, когда в стране началась масштабная борьба с коррупцией, наверняка многие из наших читателей, пусть невольно, пытаются сравнить времена нынешние с теми, что уже давно канули в Лету. И наверняка многие вздыхают: раньше такого не было. Наш корреспондент встретился с одним из ветеранов областной прокуратуры — Евгением Васильевичем Трофимовым, который в 1972 году был признан лучшим следователем, для того, чтобы попробовать докопаться до истины.

— Я никогда не думал, что буду работать в прокуратуре, да и в любых других правоохранительных органах. Откуда такие мысли могли прийти мальчику из семьи потомственных железнодорожников. Все мое детство прошло у нашего калининского вокзала. В открытое окно были слышны объявления о том, какой поезд куда проследует.

Закон и порядок – в эти категории жизнь стала укладываться только тогда, когда я повзрослел. Будучи же мальчишкой, я сам частенько хулиганил. В силу географического положения нас называли станционной шпаной.

Это были тяжелые послевоенные годы. Жили в коммуналке. Родители работали с утра до вечера, получали мало. Еще у меня была сестра. Я понимал, что мне нужно скорее выучиться, получить специальность и пойти на работу. Родителям трудно было нас прокормить, и чувство голода постоянно меня преследовало.

Впрочем, так тогда жили практически все. Некоторые из моих друзей пошли по скользкой дорожке и окончили свою жизнь в местах не столь отдаленных. Я думаю, что судьба меня просто уберегла от того, чтобы я переступил через черту закона.

— Остановились в шаге?

— Пожалуй. Нас, маленьких пацанов, подсаживали взрослые ребята, и мы проникали в вагоны, выкидывая из них мешки с комбикормом. Голод вынуждал.

Мне нужно было получить «похвальный лист», чтобы без экзаменов поступить в училище. Но не случилось. Получил «четверку» по математике. К экзаменам я как-то не очень был готов, а чтобы учиться дальше, нужны были деньги.

— Деньги за учебу в школе?

— Да. Но мне повезло. И не могу не вспомнить с теплотой своих родителей. Они решили, что постараются вытянуть мою учебу. И я пошел в восьмой класс. Однако после первого полугодия в стране плату за обучение отменили! И все-таки даже к концу обучения я так и не определился, какую профессию мне выбрать. Все решил случай. К нам в школу заглянул юрист. Он провел ряд встреч с учениками. Не знаю, чем он меня покорил, но я выбрал юридический. Школу окончил с золотой медалью, так что в Ленинградском государственном университете меня ждало только собеседование. Шел 1957 год. Я горжусь тем, что учился в этом вузе, ведь наши нынешние руководители страны посещали те же аудитории.

— И после этого вы всю жизнь проработали в прокуратуре?

— Да, тридцать семь лет проработал, хотя меня зазывали и на Литейный. Вернулся домой. Я уже успел жениться, мы вместе уже 55 лет. Но дома было тесновато, нужно было думать о быте. Прокуратура предложила Вышний Волочек. Сразу дали отдельную жилплощадь. И только спустя многие годы, мы все-таки перебрались в Тверь.

— Евгений Васильевич, ходят легенды о том, что раньше граждане были гораздо более законопослушными. У вас была возможность сравнить годы советские с годами новой России. Поделитесь впечатлениями. Как работалось тогда и сейчас?

— Более четырнадцати лет я проработал следователем. Технического оснащения не было никакого. Даже машины не было. Если бы не легендарная Гаганова (Валентина Ивановна Гаганова – бригадир прядильной фабрики Вышневолоцкого хлопчатобумажного комбината. Член ЦК КПСС (1961—1971), Герой Социалистического Труда), так бы мы и ходили пешком. Одну машину она все-таки выбила. А вот граждане действительно были гораздо законопослушнее, чем сейчас. Могу со всей ответственностью сказать, что никаких мафиозных структур в те годы не было. Во всяком случае, на территории Тверской области. Даже в восьмидесятых, когда я уже перебрался в Тверь (работал в обкоме партии), ничего подобного не наблюдал. Да, преступления совершались, но не было такого масштаба, как сейчас. Я знаю, о чем говорю, потому что курировал работу и милиции, и КГБ.

— Приходилось ли вам вести, как ныне принято говорить, резонансные дела? Или все «черные кошки» орудовали за территорией нашей области?

— Случалось. Было это в 1968 году. Я возбудил уголовное дело по заводу ферментных препаратов в Вышнем Волочке. До своего перепрофилирования он выпускал соки. Оказалось, что часть цехов они все-таки сохранили. Осталось и сырье. В общем, соки они выпускать продолжили. Но уже подпольно. Директор завода вступил в преступный сговор с группой лиц, занимающихся сбытом подобной продукции. Договорился он и с поставщиками сырья из Дагестана. Ни о каких правилах технологии он уже не заботился. Гнал соки из сухофруктов, хотя это было запрещено всеми стандартами. С юга перегоняли ему на завод целые эшелоны! С каждого килограмма сухофруктов он получал пять копеек чистой прибыли. Огромные деньги в итоге. Поскольку сухофрукты шли с Кавказа, мы с прокурором района поняли, что дело в районное никак не укладывается. Другой субъект. Передали дело в областную прокуратуру. Но меня в бригаде оставили. В областной прокуратуре, посовещавшись, решили, что это и не их компетенция. Республиканская! Так я попал в бригаду прокуратуры РСФСР. На заводе все отработал, приехал в Москву. Мне говорят: «Этого мало. Мы должны знать, откуда ноги растут! Съезди на месячишко на Кавказ». Месячишко вылился в два года. Когда я уезжал, у меня только дочь родилась. Когда вернулся, она уже ходила сама по квартире (улыбается). Я объездил половину Азербайджана, Дагестан, Чечено-Ингушетию. Колхозы, заготовительные базы, и пр. Конечно, с точки зрения туризма моя командировка была увлекательной. Но я скучал по семье. Сроки поджимали, и я не поднимал головы от толстых стопок с документами. Накладные, путевые листы, опять накладные. Наверно, я не сумел бы раскрыть преступления, даже зацепку бы не нашел, если бы не мои учителя. Прокурор следственного управления областной прокуратуры – Бейлин Борис Абрамович, замечательный человек, профессионал с большой буквы, эрудит! И очень дотошный. И еще прокурор области – Юрий Сергеевич Гребенев. Он знал, наверное, все законы на свете, однако не переставал перечитывать всю специальную литературу. Юрий Сергеевич всегда говорил, что нет такого человека, который все знает.

В общем, дотошность мне и помогла. Нашел я нестыковку в одной накладной. Дальше было уже легче. Потянул я все-таки ниточку, клубок стал раскручиваться. Арестовали крупного чиновника – директора пищеторга Дагестана, некоего Багинова. А его только наградили орденом «Трудового Красного Знамени»! Его арест был подобен взрыву атомной бомбы. Но аресты продолжились, несмотря на чины и звания.

— Сегодня с этим сложнее?

— Закон должны соблюдать всегда. И всегда одинаково. Одинаково хорошо! Есть некоторые проблемы. Но это последствия девяностых. Мы только начинаем снова строить правовое государство. Сегодня пока еще многое решают деньги. Но ведь уже наказаны чиновники вплоть до губернаторов? Значит, есть сдвиги. Есть политическая воля! В девяностых с этой точки зрения было гораздо сложнее. В Советском Союзе — легче. Возьмите то, что мы называем роскошью. Чиновники даже самого высокого уровня жили, стараясь не выделяться из массы. Не раздражать простой народ. Почему? Все-таки боялись закона! Подкупить следователя было очень сложно.

— А вам взятки предлагали?

— Случалось. Объяснять им, почему я не беру, не было никакого смысла. Слов «честность» и «порядочность» в их лексиконе не было. Я объяснял по-другому. Посчитай, сколько за десять лет я заработаю денег. Ты же фактически на десять лет в тюрьму меня отправляешь! Посчитал? Есть такая сумма? И вы знаете, уходили.

Теперь эти лихие годы в прошлом. Я вижу изменения к лучшему и верю, что мы станем по-настоящему правовым государством!

Андрей ВАРТИКОВ

 
Статья прочитана 339 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Комментарии к записи "Закон нужно соблюдать всегда!"

Посмотреть последние комментарии
  1. Я также работал следователем прокуратуры при советской власти и знаю, что граждане были более культурные и законопослушные. Сейчас утрачена общая культура, чтобы компенсировать утрату культуры и нравственности, пытаются каждый шаг, каждый чих регламентировать законами и нормативными актами. К 2015 году приняты и действуют более двух тысяч федеральных, по несколько сотен региональных законов. Их дополняют тысячи решений органов местного самоуправления.
    Законы в основном беззубые, противоречивые, отсылочные. Многие законы непродуманные, с одной диспозицией, без санкции. Закон без санкции – не закон, а декларация. Одновременно с принятием огромного числа законов перестало действовать обычное право, а также нормы морали и нравственности. Бумагой пытаются заменить силу слова, данного мужчиной, заменить честь и совесть, но не получается.
    Множество плохих, недействующих на практике, законов стало одной из причин низкой правовой культуры, расцвета коррупции, сильного административного давления. Но много законов не всегда хорошо, еще мыслитель древнего Китая Лао-Цзы писал: «Когда множатся законы и приказы, растет число воров и разбойников».
    Парадокс управления в государстве сейчас состоит в том, что приходится контролировать и бороться с теми, кто сам по своему положению должен, обязан стоять на защите законов.

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Телефон: (4822) 41-56-53